- февраль 28, 2026

Споры о "бесплатности" медицинской помощи объясняются различием в понимании этого термина. Ранее утверждалось, что граждане имеют право на получение медицинских услуг без финансовых затрат, но новая формулировка гласит, что услуги не оплачиваются непосредственно пациентами, а обеспечиваются за счёт налогов и взносов в систему обязательного социального медицинского страхования (ОСМС) и бюджета. Эксперт в области политики и финансирования здравоохранения Александр Костюк рассматривает эту тему более подробно.
На самом деле бесплатной медицины не существует. Существует система, финансируемая солидарно через налоги и взносы. Пациенты не платят напрямую, но общество всегда несёт расходы. Это важно понимать, поскольку именно здесь возникает разрыв между ожиданиями и реальностью.
Проблемы начинаются, когда мы продолжаем считать, что государство может гарантировать все виды медицинских услуг, независимо от ресурсов, которыми располагает система здравоохранения.
Для пациента ситуация выглядит так: он платит взносы, но сталкивается с очередями, ограничениями или дополнительными расходами.
Если обязательства системы растут быстрее, чем её финансирование, разницу нужно чем-то покрывать. В здравоохранении нет безлимита. Каждый новый метод диагностики или инновационный препарат имеет свою цену.
Когда обязательств становится больше, чем возможностей, пациент начинает платить временем или деньгами, сталкиваясь с ожиданием или ограниченным доступом к технологиям.
Вопрос для общества заключается не в том, бесплатно ли здравоохранение на бумаге, а в том, соответствует ли объём медицинской помощи реальным средствам. Пока эти две величины расходятся, ощущение несправедливости будет сохраняться.
Много лет общественное сознание формировалось вокруг идеи, что государство должно гарантировать практически всё. Советская система здравоохранения была формально бесплатной и полностью финансировалась из бюджета. Однако это не исключало наличия ограничений.
Дефицит был встроен в модель здравоохранения: ограниченное финансирование и устаревающая материальная база.
После независимости Казахстан унаследовал советскую модель в виде гарантированного объёма бесплатной медицинской помощи (ГОБМП). Формально перечень услуг оставался широким, но финансовая база была значительно скромнее. Обязательства казались масштабнее, чем возможности их покрытия.
С введением ОСМС в 2020 году стало очевидно, что прежняя бюджетная модель не справляется. Население росло, продолжительность жизни увеличивалась, а технологии дорожали. Бюджетных средств стало недостаточно для поддержания заявленного объёма помощи.
Обязательное социальное медицинское страхование подразумевает солидарное участие всех экономически активных граждан в формировании общего фонда. Государство оплачивает за тех, кто не может платить сам. Это обеспечивает устойчивость системы здравоохранения.
При введении ОСМС многие воспринимали его как "бонусную медицину", ожидая резкого улучшения. Однако, хотя финансовая база расширилась, она не стала безграничной.
Новые технологии действительно внедрялись, но между появлением технологии и её доступностью для всех всегда существует переходный этап, требующий подготовки специалистов и планирования финансирования.
Наличие аппарата МРТ – это возможность, но доступ к нему без ожидания – это вопрос организации и ресурсов.
Финансирование здравоохранения в Казахстане в 2025 году номинально увеличилось почти в три раза по сравнению с 2019 годом и достигло 3 триллиона тенге. Однако более 40% этих средств идут на систему ОСМС, что частично нивелируется инфляцией, превышающей 50%. В реальности рост финансирования гораздо скромнее.
Прямые выплаты граждан из собственного кармана составляют примерно 25% всех расходов здравоохранения, что создаёт ощущение двойной оплаты. Люди делают взносы в ОСМС и продолжают доплачивать за скорость, удобство и непрерывность лечения.
Фото ©️
Сравнивая с другими странами ОЭСР, можно отметить, что расходы на здравоохранение в Казахстане составляют примерно 3,8% от ВВП. В международной практике этот показатель должен быть выше.
Однако процент сам по себе не является магической формулой. Пять процентов от небольшой экономики всё равно дают меньший объём средств, чем от крупной.
Расходы бюджета на здравоохранение в Казахстане составляют около 300 долларов на человека в год. Эти средства идут на финансирование всех аспектов системы: поликлиники, стационары, диагностику, лекарства и высокотехнологичную помощь.
Для сравнения, в Турции подушевые расходы превышают 1 200 долларов, в Южной Корее – около 3 800 долларов, в Польше – более 2 000 долларов, в Германии – свыше 6 000 долларов на человека в год.
Медицинские технологии закупаются на глобальном рынке, и их стоимость в Казахстане часто сопоставима с ценами в странах с более высоким уровнем финансирования здравоохранения.
Разница в стоимости технологий не компенсирует разницу в финансовых возможностях, что приводит к структурному напряжению в системе.
Система здравоохранения Казахстана сталкивается не только с ограничением ресурсов, но и с вопросом их эффективности. По оценкам Всемирной организации здравоохранения, до трети расходов в здравоохранении может приходиться на неэффективные вмешательства.
Это не о громких нарушениях, а о повседневных решениях: повторные анализы, ненужные госпитализации и использование более дорогих технологий при наличии альтернатив.
Фото: ©️
Каждое такое решение может выглядеть оправданным, но в масштабах системы они создают значительный финансовый груз.
Когда оплачивается объём услуг, а не клинический результат, система стимулирует увеличение объёма. Это не вопрос добросовестности, а логика тарифной модели.
Ключевой вопрос заключается не только в том, сколько средств выделяется, но и в том, как принимаются решения о включении новых технологий и формировании тарифов. Оценка технологий здравоохранения (ОТЗ) помогает сопоставить клиническую эффективность вмешательства с его стоимостью.
В последние годы в Казахстане предпринимаются шаги по усилению роли ОТЗ и пересмотру тарифов, что является важным для устойчивого финансирования.
Проблема здравоохранения не только в нехватке денег, но и в рациональном использовании выделенных средств.
Каждая страна должна определить, сколько она готова платить за медицинские вмешательства. Это так называемый "порог готовности платить", который влияет на баланс интересов пациентов.
Если такой ориентира нет, решения о внедрении дорогостоящих технологий принимаются быстрее, чем растёт бюджет, что создаёт хроническое напряжение в системе.
В Казахстане этот вопрос пока не имеет чётко закреплённого ориентира, что приводит к расширению перечня гарантий без адекватного финансирования.
Финансовое давление распределяется по всей системе: в очередях, в ограничениях объёмов помощи и необходимости доплаты со стороны пациента.
Бесплатная медицина становится дорогой, когда обязательства превышают ресурсы. Когда ожидания общества сформированы десятилетиями, а экономика развивается медленнее.
Недовольство системой ОСМС связано не только с её административными проблемами, но и с конфликтом старых ожиданий и новой экономической реальности. Мы долгое время считали, что всё гарантировано, не задаваясь вопросом о соотношении этих обязательств с реальными ресурсами.
Система формировалась в логике политической коммуникации, а не строгого экономического расчёта. Это создало асимметрию: обязательства воспринимаются как безусловные, а ресурсы остаются ограниченными.
Когда возникают задержки, очереди или необходимость доплаты, это воспринимается как нарушение справедливости.
Современная система здравоохранения – это не соревнование обещаний, а баланс между технологиями, экономикой и ответственностью общества за здоровье. Чтобы создать устойчивую модель, необходимо открыто обсуждать деньги, приоритеты и границы возможностей.
Зрелое государство строит систему, в которой солидарность означает осознанный выбор, а не иллюзию бесплатности.
Казахстан имеет все возможности для создания такой системы. Экономика развивается, инструменты управления совершенствуются, а запрос на прозрачность растёт. Последовательные решения, основанные на расчётах, могут превратить текущее напряжение в точку роста.
Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.